Классическая усадьба в начале ХХ века и современная «усадьба». Источник: Национальный цифровой архив Польши / kbprojekt.pl

Усадьбомания

  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • VK

Когда-то усадьбы были важным элементом жизни и даже своего рода символом шляхты в Речи Посполитой. Уже давно нет ни того государства, ни его дворянского сословия, но образ усадьбы по-прежнему окружен романтическим ореолом, и к каждому второму польскому дому пристроен портик с колоннами...

В Польше, не только в городских предместьях, но и в сельской местности, появляется все больше частных домов, перед входом в которые имеется характерное крыльцо с колоннами. Это — лишь один из множества признаков увлечения мотивами, которые ассоциируются со шляхетской культурой старой Речи Посполитой.

Польская усадьба

Шляхта — привилегированное социальное сословие, пользующееся политическими правами, — в польско-литовской Речи Посполитой составляла относительно большой процент населения. И хотя цифра 20 %, которую иногда можно встретить, несомненно, преувеличена — оценки, в которых указывается максимум 10 %, ближе к истине, — доля дворянского сословия здесь все равно была в несколько раз выше, чем в других европейских странах. Кроме того, шляхта занимала в Речи Посполитой исключительно сильные позиции — это ее представители устанавливали законы и выбирали короля, чья власть была ими же и ограничена. В XVI–XVIII веках польско-литовские элиты образовали своеобразную культурно-идеологическую формацию. В отличие от подданных крестьян, шляхта якобы произошла от древнего народа, сарматов. Отсюда возник термин «сарматизм», определяющий идеологию, на которой основано господство шляхты в государстве, ее власть над крестьянами, а также превосходство строя и культуры Речи Посполитой над другими странами.

Дом-музей Адама Мицкевича в Новогрудке. Фото: Давид Ласочиньский / Forum

Ключевым элементом шляхетского этоса была сельская усадьба. Жизнь шляхты в Речи Посполитой не сосредотачивалась вокруг королевской особы и ее резиденции, как это было в Англии или во Франции, где самым известным примером может служить «золотая клетка» Версаля.

Более того, польско-литовская шляхта с неохотой селилась в городах, предпочитая сельскую жизнь, охоту и возможность лично управлять своими поместьями.
Усадьба в Тырава-Волоской, 1936. Источник: Национальный цифровой архив Польши

Внешний вид усадеб был самым разнообразным. Их строили в соответствии с господствующими вкусами своего времени: сначала в стиле ренессанса, затем — барокко, классицизма, эклектики и неостилей. Неостили — обобщенное название всех «вторичных» архитектурных стилей в западном искусстве середины XVIII–XX веков, основанных на обращении к традициям и формам прошлых эпох; одно из первых проявлений эклектики. До разделов в Речи Посполитой в конце XVIII века преобладали деревянные барочные усадьбы с высокими многоскатными крышами и выступающими угловыми помещениями, называемыми альковами. Однако более долговечными оказались кирпичные усадьбы в стиле классицизма, возведенные на рубеже XVIII–XIX веков.

Небольшая крытая колоннада перед входом — это редукция монументальных дворцовых портиков, которые, в свою очередь, берут начало в популярных тогда образцах античного искусства. Усадьба в стиле классицизма не была уникальным польским явлением: она отвечала основным принципам общеевропейской моды на подражание Древней Греции и Риму. Но именно такую усадьбу великие польские литераторы и живописцы XIX века, а также современные кинематографисты, увековечили как архетип польскости и оплот патриотизма.

Основное место действия национального эпоса Адама Мицкевича «Пан Тадеуш» — усадьба в Соплицово.

Адам Мицкевич, «Пан Тадеуш»

Среди таких полей, на берегу потока,
В густом березняке, на горке невысокой
Шляхетский старый дом стоял в былые годы;
Скрывали тополя его от непогоды,
И стены белые за порослью лесною
Издалека ещё сияли белизною,
Фундамент каменный, а домик деревянный...
Здесь и ниже — перевод Сусанны Мар

Таким образом мы узнаем, что усадьба в Соплицово была деревянной. Чуть дальше появляется упоминание о крыльце (Вот шляхтич молодой на бричке пароконной, / Объехав рысью двор, к крыльцу свернул с разгона), Вот шляхтич молодой на бричке пароконной, / Объехав рысью двор, к крыльцу свернул с разгонано о его внешнем виде ничего не известно. Тем не менее, в современном общественном сознании эта усадьба выглядит так, как в экранизации Анджея Вайды 1999 года.

Кадр из фильма Анджея Вайды «Пан Тадеуш», 1999. Источник: пресс-материалы

Фильм снимался в Туровой Воле, недалеко от города Скерневице. Местная усадьба, которая до «Пана Тадеуша» успела «сыграть» еще в нескольких фильмах и сериалах, восходит к началу XIX века, однако свой нынешний облик она обрела в 1980-х годах.

Это строение идеально отражает стереотипное представление о «польской усадьбе» — одноэтажное кирпичное здание со стенами, покрытыми белой штукатуркой, и с обязательным крыльцом с колоннами.

Усадьбы были местом действия и многих других классических произведений польской литературы. В качестве идеализированного оплота традиции и патриотизма они были представлены в том числе и в трилогии Генрика Сенкевича (романах «Огнем и мечом», «Потоп» и «Пан Володыёвский»), «Кукле» Болеслава Пруса, «Над Неманом» Элизы Ожешко, «Кануне весны» Стефана Жеромского, «Ночах и днях» Марии Домбровской, во многих произведениях Марии Родзевич…

Усадьба Чемброво, 1936. Она, вероятно, была прототипом усадьбы Соплицово в «Пане Тадеуше». Источник: Национальный цифровой архив Польши

Когда в конце XIX века на волне развивающегося национализма во всей Европе искали «национальные» формы в архитектуре, в Польше наряду с, например, закопанским возник и так называемый усадебный стиль. Возведенные в этом духе строения должны были напоминать «классическую» польскую усадьбу: одноэтажные, с высокой крышей и непременным портиком с колоннами. Впрочем, стоит отметить, что обращение к архитектуре рубежа XVIII–XIX объекты происходило и в Германии — так называемый «стиль 1800».

Но особо популярным усадебный стиль стал в межвоенный период — прежде всего в 1920-е годы — как архитектурное выражение восстановления независимости и закономерная реакция на прежние ограничения форм репрезентации польскости властями государств-оккупантов в период разделов. Характерный вид усадьбы зачастую придавали загородным виллам, к примеру, в «городах-садах», строившихся в те годы под Варшавой. Неслучайно именно такой облик обрела вилла Милюсин в Сулеювеке, принадлежавшая Юзефу Пилсудскому. В свою очередь, на востоке страны (теперь это запад Беларуси и Украины) строились «усадебные поселки» для государственных служащих, что должно было подчеркнуть «польскость» земель, на которых поляки составляли меньшинство населения.

Вилла Милюсин в Сулеювеке, принадлежавшая Юзефу Пилсудскому . Источник: Википедия

Усадьбы без шляхты

Межвоенный период был также временем постепенного упадка польского помещичества. Формально привилегированное положение шляхты в Польше закончилось с принятием в марте 1921 года конституции, которая ввела равенство граждан перед законом.

Усадьбы утрачивали свое прежнее значение центров поместий, становившихся все более анахроничными, и уже не вписывались в реалии рыночной экономики.

Но в то же время продолжалась и мифологизация польской усадьбы. Ярким примером тому может служить надпись над входом дворца в Пенцице под Варшавой: «Я есмь польская усадьба, что отважно сражается и верно стережет». Идеальному образу усадьбы не повредили не только экономические трудности, но и высмеивание связанных с ней традиций — в частности, в знаменитом романе Витольда Гомбровича «Фердидурке». Гомбрович, родившийся в усадьбе, писал о ней так:

Витольд Гомбрович, «Фердидурке»

О, есть на земле и в жизни места более или менее детские, но сельская усадьба, пожалуй, самое детское такое место. Здесь барство и народ взаимно держатся и удерживаются в ребенке, тут каждый каждому ребенок. Продвигаясь все дальше босиком по коридору, скрываемый чернотой, я шел, словно в дворянское прошлое и в собственное детство, а чувственный, телесный, инфантильный и непредсказуемый мир обнимал меня, всасывал и втягивал. Слепота поступков. Автоматизм рефлексов. Атавизм инстинктов. Барско-ребячья фантазия. Перевод Андрея Ермонского

Внезапный конец мира усадеб настал в 1944-1945 годах. Коммунистическая земельная реформа лишила поместий всех, у кого было свыше 50 или 100 гектаров земли (в зависимости от региона). Потомки шляхетских семей были вынуждены покинуть свои родовые дома, перешедшие в государственную собственность. В последующие десятилетия большинство из них разрушались: некоторые были демонтированы, но чаще всего эти усадебные дома — заброшенные, без всякого ремонта — просто постепенно приходили в упадок. Лишь немногим посчастливилось: в них разместились музеи или другие культурные учреждения, и благодаря этому они уцелели.

Музей-усадьба Фридерика Шопена в Желязова-Воле. Источник: Википедия

После 1989 года некоторые усадьбы обрели новую жизнь, однако это произошло небыстро и непросто. Польша до сих пор системно не решила проблему возврата недвижимости, в том числе поместий, законным довоенным владельцам. В некоторых случаях, после многолетних изматывающих судебных процессов, наследникам удавалось вернуть себе прежнее имущество. Однако возврат касался только самих зданий — как правило, разрушенных, — без сельскохозяйственных земель, служивших когда-то для их содержания. Другие помещичьи усадьбы выкупили и отреставрировали новые владельцы, чтобы жить в них или использовать здания в коммерческих целях — чаще всего как отели и популярные площадки для проведения свадеб. Однако не составит труда найти объекты, которые так до сих пор и не дождались хозяина и находятся под угрозой исчезновения. А иные и вовсе уже развалились окончательно.

Современные усадьбы

Чем реставрировать старинную усадьбу, дешевле построить новую. И здесь мы подходим к теме, затронутой в начале статьи. Сегодня псевдоусадебные формы используются как в жилищном строительстве, так и (пожалуй, особенно охотно) в гостиничных объектах и свадебных залах. В интернете легко можно найти специальные страницы и предложения компаний, специализирующихся на такого рода объектах, которые уверяют, что новая усадьба — идеальное сочетание традиции и современности. «Усадебность» обычно сводится к портику перед входом, причем его пропорции существенно отличаются от классического канона: колонны либо слишком толстые, либо чересчур тонкие, не имеющие цоколя и капителей, а сам портик непропорционально мал (или слишком велик) по отношению ко всему зданию. А рядом с портиком вместо стены с симметрично расположенными окнами можно увидеть автоматические гаражные ворота.

Современная польская «усадьба». Источник: projektoskop.pl

От исторических образцов новые «усадьбы» резко отличает и их окружение. Когда-то усадьбы были центрами обширных земельных угодий, где предполагались многочисленные хозяйственные постройки и сады, раскинувшиеся порой на несколько гектаров. К жилому дому, окруженному старыми деревьями и цветочными клумбами, вела аллея, по обе стороны которой простирали кроны вековые деревья. Сегодня же участок под застройку должен быть как можно меньше, а «усадеб» на нем — как можно больше. Основное пространство участка чаще всего занимает здание, а для сада места почти (или совсем) не остается.

Польская любовь к усадьбам проявляется и во многих других плоскостях. К самым очевидным относятся многочисленные книжки типа «Польские усадьбы» или «Повседневная жизнь в усадьбе». Помимо псевдо-усадебной архитектуры, «усадьбами» принято называть гостиницы, свадебные залы и рестораны, независимо от того, как выглядят эти объекты.

Упаковка творога с изображением усадьбы. Источник: Mlekovita

Стоит упомянуть, что классические «польские» усадьбы смотрят на покупателей и с полок продуктовых магазинов. Если товар рекламируется как «сельский», «традиционный» или «экологичный», на этикетке это очень часто символизирует сельский пейзаж с непременной усадьбой с портиком при входе. Усадьбы можно встретить на упаковках сосисок, сыров, печенья и алкоголя, независимо от цены и качества продукта. Интересно, что в этом случае теоретически было бы более адекватным изображение крестьянского хозяйства, но, видимо, с точки зрения маркетологов крестьянская изба выглядит не слишком привлекательно.

Точно так же (возвращаясь к теме строительства) очень редко можно увидеть новые проекты, ассоциирующиеся с традиционной деревенской архитектурой, еще недавно столь распространенными деревянными избами и хозяйственными постройками, крытыми соломой. Сегодня домá в польской деревне ничем не отличаются от тех, что строят в городах и пригородах, и многие из них имеют вышеописанные «усадебные» элементы.

Как и в любой европейской стране, подавляющее большинство польского населения имеет крестьянское происхождение. К сожалению, в Польше такие корни до сих пор мало ценятся. Обращаясь к популярным сейчас генеалогическим исследованиям, многие люди пытаются отыскать именно шляхетных предков. Порой это даже приводит к созданию искусственных генеалогий, «облагораживающих» происхождение клиента.

Проект современной «усадьбы». Источник: kbprojekt.pl

Любовь к шляхетской традиции и к миру усадеб тем более парадоксальна, что предки большинства жителей Польши едва ли могли оценить пленительное очарование этой традиции, потому как не покладая рук работали на ее поддержание. В отдельных случаях можно говорить прямо-таки о прославлении того самого уклада, ради сохранения которого предков нынешних восторженных поклонников просто-напросто эксплуатировали.

Но романтическое очарование шляхетного прошлого оказывается слишком сильным, и до сих пор появляются очередные, более или менее успешные, а порой и полностью анахроничные попытки подогнать образ идеальной польской усадьбы к современным экономическим и культурным реалиями. А значит, несмотря на все перемены, сделанные более 80 лет назад, наблюдения Гомбровича все еще в значительной степени актуальны.

Перевод Елены Барзовой и Гаянэ Мурадян

  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • VK

Мельхиор Якубовский

Историк, искусствовед, кандидат исторических наук. Занимается исторической географией и историей ландшафта, искусством рококо и религиозными…