Белорусы, бежавшие в Польшу. Коллаж: Новая Польша
Белорусы, бежавшие в Польшу. Коллаж: Новая Польша
09 июля 2021

Спастись от репрессий. Истории белорусских беженцев

  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • VK

После президентских выборов в Беларуси 2020 года в Польшу бежали тысячи человек. Как им удалось пересечь границу, несмотря на преследования КГБ? Как проходила адаптация в новой стране? Возвращаться ли домой? На эти вопросы отвечают некоторые из тех, кто проделал этот путь.

Сергей Дылевский

Автомеханик. Председатель стачкома Минского тракторного завода, член президиума Координационного совета. Покинул Беларусь 13 октября после увольнения и 25 суток в СИЗО.

Между тюрьмой и переездом логичнее выбрать второе. Жена с ребенком приехали в Польшу немного раньше, так было гораздо спокойнее. Через месяц переехал и я. Въезжал, как многие, по гуманитарной визе. Мы решили пока не оформлять статус беженцев, не видим в этом необходимости.

Больших сложностей здесь у нас не возникало. Все вопросы решаемы. Поляки очень сопереживают белорусам. Хозяин квартиры настолько проникся нашей историей вынужденной миграции, что предложил даже сделать скидку на жилье.

Сергей Дылевский. Фото: Юрий Друг / Хартия'97

Находясь в Польше, я поддерживаю связь с бывшими коллегами. Мы продолжаем заниматься профсоюзной деятельностью: ищем возможности улучшить условия труда белорусских рабочих, стараемся помочь в юридических и материальных вопросах.

Зарабатываю ремонтом автомобилей. Всегда мечтал о собственном небольшом автосервисе, и здесь мне очень не хватает своего гаража — места, где чувствуешь запах масла с бензином и забываешь о каждодневном напряжении. Несмотря на то, что в Польше открыть свое дело очень просто, я не хочу здесь пускать корни. Верю, что скоро мы вернемся домой.

Наталья Горячко-Басалыга

Общественная деятельница и правозащитница, наблюдатель на выборах. Кандидат в депутаты Национального собрания Беларуси на выборах 2019 года. Улетела из Беларуси 23 апреля 2021 года, после трехдневного преследования органами.

Я купила билет в Стокгольм, но оказалась в Варшаве. Когда я проходила на посадку в самолет до Стокгольма, сотрудники авиакомпании меня вежливо «развернули» и не пропустили в салон. Тогда я поняла, что до моего задержания остаются считаные минуты. Однако, как мы знаем, в стрессовых ситуациях хорошие идеи приходят очень быстро. Я сразу направилась в сторону уборной, переоделась в серую и неброскую одежду и пошла в кассы покупать другой билет. Меня еще не занесли в компьютерные базы компании как невыездную, и мне удалось взять последний билет на рейс Минск — Варшава. Поднимаясь в самолет, я услышала объявление: «Наталья Горячко, подойдите ко второму терминалу, вас ожидают». Благодаря тому, что я быстро среагировала, когда меня не пропустили на первый рейс и сделала все в лучших традициях конспирации, сотрудники КГБ, следившие все это время, просто упустили меня. Наверное, они не думали, что я сразу пойду покупать билет на другой рейс и не проверили списки пассажиров. Поэтому особого распоряжения по поводу меня сотрудникам «Белавиа» применительно к варшавскому рейсу не давали. Меня пропустили в салон. Пока не взлетела, разговаривала с коллегами, чтобы, в случае чего, они знали про мое задержание и были во всеоружии.

Наталья Горячко-Басалыга. Фото: Юрий Друг / Новая Польша

Сейчас живу в лагере для мигрантов под Варшавой. В первую неделю в Польше заново научилась спать: бессонные ночи перед отлетом не прошли бесследно. Позитивно влияют и люди: улыбаются, здороваются, играют с детьми и собаками. Не мешает даже языковой барьер, тем более белорусский и польский языки очень похожи.

В лагере продолжаю заниматься тем, чем умею и в чем могу быть полезна — правовой помощью беженцам, провожу консультации. В свободное время занимаюсь творчеством или общаюсь с людьми. По образованию я художник-модельер, еще во времена СССР работала в минском Доме мод, но сейчас профессия превратилась в приятное хобби. Совсем недавно впервые попробовала сплести браслеты — и сразу посыпались заказы.

Конечно, учу польский. Простые фразы уже стараюсь говорить на этом языке. Возможность сразу практиковаться мотивирует.

Анна Коновалова

Уехала с внуками 10 сентября 2020 года после задержания дочери и зятя.

Моя дочь, Антонина Коновалова, во время выборов была доверенным лицом Светланы Тихановской. Ее сразу предупредили, что если она продолжит участвовать в предвыборной кампании, ни ей, ни ее семье спокойно жить не дадут: детей заберут, а ее и мужа, который тогда был администратором телеграм-канала «Армия с народом», посадят. Но эти угрозы ни дочь, ни зятя не останавливали.

Тоню задержали в сентябре, а Сергея в октябре. Решение нужно было принимать быстро, пока внуков не забрали — собрались и уехали. Я понимала, что будет непросто в чужой стране, но зато Настюша и Ваня останутся с бабушкой.

Анна Коновалова. Фото: Юрий Друг / Новая Польша

Первое время в Польше было особенно тяжело. Возникало много юридических вопросов, связанных с внуками, так как бабушка с точки зрения закона — третье лицо, а значит, детей могут забрать. Было страшно их потерять. Из-за этого мы не могли подать документы, чтобы оформить статус беженцев. Лишь недавно это сделали с помощью юристов. Выручают нас простые белорусы из разных стран и фонд Humanosh. фонд, занимающийся помощью беженцам Помогают с оплатой жилья и решением разных вопросов.

Ване уже 6 лет, совсем скоро в школу, а Насте пока только 4. Про родителей они все знают и ждут их. Наши письма до них, к сожалению, не доходят. Но в самом начале дочке с зятем удалось передать пару открыток детям.

Чего не хватает на новом месте? Образно говоря, своей подушки, наверное. Тяжело в таком возрасте начинать все заново, обживаться. Будем ждать, когда ситуация на родине изменится.

Иван Пашкевич

Студент, активист протестного студенческого движения. Приехал в Польшу 23 февраля.

В Беларуси я учился на лингвиста и специалиста международных коммуникаций в Барановичском государственном университете.

В этом учебном году я, как и многие активные белорусские ребята, оказался на передовой протестного движения. В университете мы проводили акции против режима Лукашенко, организовали стачком, подпольно печатали и распространяли листовки — много чего делали. Ближе к концу первого семестра меня начало охватывать чувство безысходности — по многим причинам. Помимо разочарования в провластной администрации университета и в целом системы образования, я понял, что в перспективе выбранной специальности были только подработки в детских лагерях и преподавание английского и немецкого языков в школе. О международных коммуникациях речи, разумеется, не шло. Поэтому я решил подать документы на стипендиальную программу им. К. Калиновского. стипендиальная программа, направленная на поддержку молодых белорусов, которые не могут получить высшее образование в Беларуси из-за политических убеждений Всего за несколько дней после сообщения о зачислении мне сделали визу, и в конце февраля я приехал в Польшу. Занятия по языку начались только с середины марта: очень много людей приняли учиться по этой программе, из-за чего получились разные накладки с курсами, и нам пришлось изучать программу в ускоренном темпе.

Иван Пашкевич. Фото: Юрий Друг / Новая Польша

Поначалу жил в общежитии, много общался со сверстниками, недавно, как и я, уехавшими из Беларуси. Сейчас снимаю комнату — в общежитии не хватало личного пространства, тем более цена за общежитие и за квартиру не сильно отличаются. Развеяться помогают поездки по городу на велосипеде (пользуюсь бюджетным вариантом шеринга) и тренажерный зал.

По воскресеньям помогаю организовывать акции белорусской диаспоры в Варшаве, чаще всего они проходят возле Дворца культуры и науки. Самое ценное во время них — общение. Обычно во время акции мы начинаем обсуждать что-то важное, появляются идеи для следующего пикета.

В будущем я планирую поступить в университет в большом городе, например, в Гданьске, Лодзи или Познани. Собираюсь поездить по разным городам, в том числе за пределами Польши. Не хочу быть тем человеком, который рассуждает о Европе, не увидев ее собственными глазами.

Юлия и Павел Штанько

Музыканты, приехали в Польшу из Санкт-Петербурга в середине апреля.

П: Пять лет назад мы переехали из Минска в Питер. Я играл в рок-группе, и мы решили, что продвигать ее будет легче там: больше возможностей. Через некоторое время наша группа распалась и мы начали стритовать, хотя раньше не рассматривали игру на улице как способ заработка.

Ю: В Санкт-Петербурге очень сильная белорусская диаспора. Мы постоянно собирались вместе, общались. Во время протестов в Беларуси организовывали акции у посольства и не только. Старались каждый день поддерживать белорусов и отправляли им видеопослания. Возле нашего дома был магазин «Батискаф», а рядом с ним стояла настоящая подводная лодка, которую покрасили в бело-красные цвета. Мы исполнили на ней песню рок-группы N.R.M. «Бел-чырвона-белая падводная лодка». Видео разошлось по белорусским телеграмм-каналам. Спустя два месяца, накануне Дня воли, нас арестовали, благодаря доносу «неравнодушного гражданина» из Беларуси, а на следующий день судили. Паше дали пять суток, мне — семь. Позже наш адвокат объяснил, что нас хотели экстрадировать в Беларусь. Несколько дней после освобождения мы скрывались у друзей, а потом уехали в Польшу. Визы нам оформили в считанные дни — после беседы с консулом, который нас пригласил, чтобы понять, насколько серьезна ситуация.

Павел и Юлия Штанько. Фото: Юрий Друг / Новая Польша

П: Мы оказались в Варшаве во время локдауна, поэтому стритовать сразу не получилось. Рассматривали любые варианты заработка, вплоть до курьерской доставки. Но работать курьерами все же не пришлось: карантинные ограничения вскоре ослабили, и мы начали выступать на улице. Познакомились с другими музыкантами, стали играть вместе, планируем летнее турне по городам Польши.

Ю: В жизни уличных музыкантов не всегда все как в кино. Но интересные истории и правда случаются с нами часто. Одна из любимых: мы играли возле Дворца культуры и науки, к нам подошел мужчина, продававший рядом книги, попросил ему подыграть и начал читать рэп о белорусах, о нашей борьбе, о переезде и о том, что поляки нас поддерживают. Но, хотя Польша встретила нас очень дружелюбно, все равно хочется домой. Я мечтаю вернуться в Солигорск, наш родной город, там выступать и развивать культуру.

Петр Поправко

Юрист, общественный деятель. Уехал из Беларуси 8 октября 2020 года в день, когда его должны были судить.

Как перейти границу, не вызывая особых подозрений, когда находишься под прицелом КГБ? Меня выручило хобби: я пишу картины и часто вожу свои работы на выставки в соседние страны. Я сказал пограничникам, что еду забирать картины из Польши — времена неспокойные, лучше пусть дома хранятся. Показал документы и фотографии холстов. Невероятно, но это сработало. Я успел пересечь границу до того, как попал в базу невыездных.

Петр Поправко. Источник: личный архив

Польша оказалась очень гостеприимной страной. Местные жители много помогали в период адаптации. Семья пока остается в Беларуси. Мы созваниваемся, но обсуждаем в основном погоду и природу — говорить о чем-то более серьезном нельзя, нужно заботиться о безопасности.

По поводу возвращения процитирую Жоржа Жака Дантона: «Родину невозможно унести на подошвах своих сапог».

Карина Калинка

Студентка Белорусской государственной академии искусств, художница. Приехала в Польшу 1 марта 2021 года.

Бег по утрам, медитация и уединение — так я адаптировалась к новым и непривычным условиям после отъезда из Беларуси. Там, под постоянным психологическим давлением, невозможно позволить себе расслабиться, только здесь я смогла вернуться к своему нормальному образу жизни.

Карина Калинка. Фото: Юрий Друг / Новая Польша

Меня отчислили с пятого курса университета после дня общенациональной забастовки, 26 октября, — за организацию протестных акций. Я сразу поехала в Украину к родственникам, а спустя четыре месяца оказалась в Варшаве. Подала документы на программу имени Калиновского для репрессированных студентов. Получила стипендию, комнату в недорогом общежитии, начала учить польский на онлайн-курсах. Готовлюсь к экзамену по языку, чтобы продолжить обучение живописи в Академии изобразительных искусств во Вроцлаве.

Я считаю, что пока мы здесь, в Польше, участвовать в проектах и акциях в поддержку белорусов необходимо. Но всегда нужно понимать цель и смысл этих акций — не все они, на мой взгляд, действенны.

О возвращении в Беларусь сейчас говорить сложно. Все меняется каждый день, жизнь перестала быть предсказуемой год назад.

  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • VK

Читайте также