Обложка книги «Уплывающий сад». Источник: пресс-материалы
17 февраля 2021

Игра в ключ

  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • VK

Новелла из книги Иды Финк «Уплывающий сад».

Они только что поужинали, и женщина убрала со стола тарелки, отнесла их на кухню, сложила в раковину. В кухне свет был еще более тусклый, чем в комнате, желтоватый: стены сплошь во влажных потеках. Они жили здесь уже две недели, это было их третье с начала войны пристанище, две предыдущие квартиры пришлось впопыхах покинуть. Женщина вернулась в комнату и села за стол.

За столом их было трое: она, муж и трехлетний сынишка, толстощекий и голубоглазый. В последнее время в их разговорах все чаще упоминались голубые глаза и пухлые щечки ребенка. Малыш сидел пряменький и смотрел на отца, но видно было, что он едва держится, так ему хочется спать. Мужчина курил папиросу, глаза у него были красные, и он забавно ими моргал. С тех пор как они в панике убежали из второй квартиры, он стал так моргать.

Было уже поздно, десять часов, день давно закончился, и можно было ложиться спать, но прежде им предстояло сыграть в игру, которую они повторяли каждый вечер уже две недели, потому что все пока шло не так, как надо. Хотя мужчина очень старался и движения его были ловкими, а тело гибким, загвоздка была в нем, а не в ребенке. Мальчик все выполнял безукоризненно. Увидев, что отец гасит папиросу, он вздрогнул и шире раскрыл свои голубые глазки.

Женщина, которая практически не принимала в игре участия, погладила сына по голове. «Мы еще только разок сыграем в ключ, только сегодня, правда?» — обратилась она к мужу. Муж не ответил — не был уверен, что это будет действительно последняя попытка. Он все еще возился на две-три минуты дольше, чем следовало бы.

Встав, он направился к двери, ведущей в ванную. Тогда женщина произнесла негромко: «Дзынь, дзынь». Она изображала звонок и делала это очень хорошо, ее «дзынь, дзынь» ничем не отличалось от тихого, но отчетливого дребезжанья звонка.

Услышав сорвавшийся с губ матери мелодичный звук, малыш соскочил со стула и побежал к входной двери, отделенной от комнаты отростком узкого коридора.

— Кто там? — спросил он.

Женщина (она не встала из-за стола) крепко зажмурилась, словно от резкой внезапной боли.

— Сейчас открою, только поищу ключи, — сказал малыш, после чего, громко топая, бегом вернулся в комнату. Обежав стол, он выдвинул ящик буфета и с громким стуком его задвинул.

— Сейчас, минуточку, никак не могу найти, не знаю, куда мама их положила! — крикнул он очень громко, пододвинул к этажерке стул и, взобравшись на него, стал шарить на верхней полке.

О-о-о! Нашел! — радостно, торжествующе воскликнул он. Затем слез со стула, придвинул его обратно к столу и, не глядя на мать, неторопливо подошел к входной двери. С площадки повеяло холодом и сыростью.

— Закрывай, малыш, — тихо проговорила женщина, — ты молодец.

Мальчик не услышал ее слов. Он стоял посередине комнаты, уставившись на дверь ванной.

— Закрой дверь, — усталым бесцветным голосом повторила мать. Каждый вечер она произносила одни и те же слова, а сын каждый вечер всматривался в закрытую дверь ванной. Наконец дверь скрипнула. Мужчина был бледен, костюм весь в пыли и белых пятнах известки. Он стоял на пороге и забавно моргал.

— Ну как? — спросила женщина.

— Опять нескольких минут не хватило. Он должен дольше искать. Я протискиваюсь боком, но потом... там так тесно, что не повернешься... И надо, чтобы было больше шума, пускай он посильней топает...

Мальчик не сводил с отца глаз.

— Скажи ему что-нибудь, — шепнула мать.

— Ты очень хорошо все сделал, малыш, замечательно, — рассеянно проговорил мужчина.

— Да, да! — воскликнула женщина. — Ты правда прекрасно все делаешь, детка. Ведешь себя как взрослый, ты ведь уже большой, верно? Знаешь, что, если днем, когда мама на работе, кто-нибудь по-настоящему позвонит, все будет зависеть от тебя. Правда? Что ты скажешь, если тебя спросят про родителей?

— Мама на работе...

— А папа?

Ребенок молчал.

— А папа? — испуганно крикнул мужчина.

Мальчик побледнел.

— А папа? — повторил мужчина спокойнее.

— Умер, — ответил ребенок и бросился к отцу, который стоял в двух шагах от него и забавно моргал, но который уже давно был мертв для тех, кто действительно позвонит в дверь.

Перевод Ксении Старосельской

Благодарим издательство «Текст» за возможность публикации

  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • VK